Mon Cheri*
Во времена моего студенчества с нами тусовалась одна удивительная девушка, Соня Гоф. Ее мать была обычной московской еврейкой,
а отец - прогрессивным деятелем из Черной Африки, незадолго до Сониного рождения высланным за какие-то грехи обратно в джунгли.
Родительские гены смешались в Соне самым восхитительным образом: копна черных кудрей а-ля Анджела Дэвис, очень темная кожа и при этом тонкие
и правильные европейские черты лица. Фигурка у нее тоже была выдающаяся, особенно в области первых и вторых 90, но не вульгарно выдающаяся, а в самый раз.
В общем, родись Соня в более подходящей стране и будь сантиметров на 10 повыше, никто бы никогда не узнал о Наоми Кэмпбелл. Помимо красоты, она отличалась
еще большой раскованностью и при подходящем случае охотно демонстрировала свое тело.
Однажды у нас в институте устроили конкурс студенческой самодеятельности. Не КВН: старого КВНа тогда уже не было, а нового еще не было,
но что-то подобное под названием "Весна на факультетах". Соня с нами не училась, из участников cамодеятельности ее знали только я и еще один парень,
но не использовать на представлении такую фактуру было бы смертным грехом. Привели, показали.
Все пришли в восторг, тут же сочинили шибко оригинальный сюжет о том, как профессор, аспирант и студент попадают в плен к людоедскому племени,
написали текст, основанный на древних студенческих анекдотах.

"Дикарей" одели в обтягивающие черные трико и набедренные повязки из мочала, лица и руки тщательно замазали гримом.
Вождя племени играл Боря Мебель, двухметровый губастый парень, явно потомок одесских биндюжников.
Когда его выкрасили, вышел такой роскошный вождь, что хоть сейчас отправляй в Африку резать хутту.
Остальные туземцы тоже неплохо получились.

Гвоздем номера стал финальный танец туземных девушек в исполнении Сони и еще двух девчонок.
Соня, чтобы полностью использовать свои природные данные, даже не стала надевать трико, только лицо подкрасила, чтобы не блестело от пота.
С самого начала было заметно, что зрители не столько слушают наш гениальный текст, сколько пытаются рассмотреть Соню, скромно стоявшую за спиной вождя.
А уж когда загремели тамтамы и она выскочила на авансцену в одной набедренной повязке и куске мочала, условно прикрывающем верхние 90,
и начала всем этим ритмично потрясать - зал встал и стоя аплодировал до конца номера.

Мы со свистом выиграли первое место и тут же за кулисами, одевшись, но не разгримировавшись, начали его отмечать. По причине молодости
и отсутствия опыта в обращении со спиртными напитками очень быстро наотмечались до состояния Бориной фамилии. Боря, однако, и в этом состоянии
не утратил ответственности за свое племя, сгреб в охапку всех трех девушек, затолкал в такси и привез к себе домой. Его еще хватило на то, чтобы дотащить
их до двери, позвонить и сказать: "Мама, это мы", после чего он рухнул без чувств, погребая под собой давно бесчувственных девушек.

Утром Боря проснулся в своей постели, раздетый и отмытый от грима.
Головка бо-бо, во рту и-го-го... ну, не буду вдаваться в подробности.
Кое-как встал и поплелся на кухню объясняться с мамой.

Мамино лицо вместо ожидаемого праведного гнева выражало растерянность и недоумение, словно она только что увидела Барабашку.
- Боренька, - робко сказала мама, - мы с папой вас вчера раздели и уложили, только решили умыть, чтобы вы простыни краской не перепачкали.
Тебя отмыли, двух девочек отмыли, а третью терли-терли, терли-терли... не отмывается, хоть ты убей. Вон она, на коврике спит.
И что это за краска такая?

@темы: напочтать, из инета, житейские глюки